Эффективный персонал - растущий бизнес

19 лет успешной работы

Архив внутренней доски объявлений

Для получения доступа к закрытому тестированию форума можно обратиться по электронному адресу, указанному ниже.

Приятного вам чтения!

P.S.: с любыми пожеланиями, предложениями, отзывами можно обращаться в e-mail admeister@mail.ru.






#457 Про мой город... вспомнилось вот и нашёл

Катастрофа в Лебяжьем Лугу. 27 августа 1992 года в 22 часа 45 минут диспетчер Ивановского аэропорта потерял связь с лайнером ТУ-134, выполнявшим рейс Минводы - Донецк - Иваново. Переговоры с бортом прервались при переходе с дальней связи на ближнюю. При этом было зафиксировано, что самолет находится на высоте ниже расчетной. В 22 часа 48 минут владельцы садовых участков, расположенных в непосредственной близости от поселка Лебяжий Луг (3 км от Иванова), увидели очень низко летящий самолет. По свидетельству одного из них, с самолета падали какие-то предметы. Через несколько секунд жители самого поселка услышали страшный грохот и увидели голубую вспышку, после которой во всем Лебяжьем Лугу пропал свет. Выбежав из домов, они обнаружили остатки разбившегося лайнера и вызвали спасательные службы. Через 6-7 минут прибыли первые, два милицейских УАЗика, приблизительно через час на месте катастрофы было поставлено оцепление из милиции и курсантов пожарного училища. К этому же времени выяснилось, что спасти кого-либо уже не удастся. Взрыва и пожара не было. С наступлением утра стала видна картина падения. Самолет шаркнул о верхушки деревьев опушки леса, снес высоковольтную опору (отчего и была голубая вспышка) и рухнул на небольшое поле в непосредственной близости от поселка. Около километра рассыпающийся фюзеляж волочило по земле, шасси и обломок одного из крыльев снесли стену у крайнего дома Лебяжьего Луга. Мария Федоренко, жительница этого дома, рассказала, что, проснувшись, была в первое мгновение просто поражена отсутствием стенки в квартире. Поиски останков заняли более трёх суток, сила удара была так велика, что некоторые из них оказались засыпанными землей. Установление личностей погибших было затруднено неразборчивой скорописью кассиров, отмечавших паспортные данные на корешках от билетов, посадкой самолета в Донецке, где вышло (и село) 27 человек, присутствием в салоне большого числа детей, на которых не было куплено билетов. 29 декабря 1992-года следователь по особо важным делам при генеральном прокуроре России Владимир Федоров принял решение о прекращении дела. Вот его комментарий к результатам следствия. - Виновных нет. В живых. В результате, проведенного расследования мы пришли к выводу, что вся вина за авиакатастрофу полностью лежит на командире самолета Владимире Груздеве. Он, выполняя предпосадочные маневры, нарушил все, что только можно было нарушить, дезорганизовал работу экипажа, что и привело в конечном итоге к столь печальным последствиям. В ходе следствия мы изучали действия всех членов экипажи. В начале выдвигалась версия, что остальные тоже причастны к авиакатастрофе. Однако, расшифровка записей «черного ящика» показала, что команда авиасудна не причем. Более того, и второй пилот, и штурман пытались повлиять на действия своего командира. Однако их попытки ни к чему не привели. Возможно это покажется банальным, но авиакатастрофа стала следствием несостоявшихся отношений в экипаже. Когда одни человек - царь и бог, когда его действия невозможно оспорить, вмешаться... Это в общем и характеризовало микроклимат экипажа. В такой ситуации до беды один шаг. Он, увы, и был сделан.






Это тоже был конец августа....




#460 Позитиф :)






#461

- У вас нитки в продаже есть?
- Есть.
- А суровые?
- Да пиздец просто. Подойти боюсь!




#462

Женщине приятно, когда её сравнивают с кошечкой.
Вот скажи женщине такое, и она сразу представит себя независимой, изящной и свободной хищницей.
А вовсе не примитивной, волосатой, ссущей по углам истеричкой.





Монах

ОТДАЙ СВОЁ ТЕЛО, ОТДАЙ СВОЮ ДУШУ


Гордееву все считали красивой, только выражали это по-разному – в зависимости от собственного возраста и отношения к женщинам. Некоторые говорили, что она хорошо сохранилась, кто-то говорил, что она уже теряет привлекательность, кто то просто говорил, что она красива. Она всегда была приветлива со студентами и никогда не сводила счеты, не вымещала своей злобы на других – словом, всего того, что делает из человека преподавателя. В Казань она переехала всего несколько лет назад, тем не менее, у неё уже сложились хоро-шие отношения со многими. Несмотря на то, что всю жизнь она прожила в Петербурге, она легко прижилась в Казани.
Её предмет читался достаточно долго, для того, чтобы она могла помнить многих сво-их студентов; её помнили почти все. Но для неё они все были студентами, учениками – редко друзьями, которых порой необходимо воспитывать. Но так было не всегда.
Осенний день не предвещал ничего необычного, должна была быть первая лекция у какой-то группы, потом совещание; ближе к вечеру она рассчитывала сидеть дома и непри-нуждённо беседовать с домашними. На улице красиво падали листья. Их ярко-жёлтый цвет нравился Гордеевой. Листья везде одинаковы – в Казани, в Питере, Москве… да где угодно, думала Гордеева. Ей всегда нравилось наблюдать за листопадом.
За этими мыслями она не сразу заметила студентов, заходящих в аудиторию. Услышав их шаги, она обернулась машинально в сторону двери и стала с интересом разглядывать свою новую группу.
Человек, интересующийся, всегда может разбить коллектив на несколько небольших групп со сходными целями и интересами. Их много – лидерство, популярность, эпатаж, просто веселье. В каждой группе есть лидер, его можно выделить по незначительным особен-ностям поведения и разговора – он всегда горд, всегда знает себе цену и уверен в том, что его всегда слушают. В студенческих коллективах выделяются так же старосты. Они всегда хитры, шустрее других, всегда чем-то озабочены. Каждый преподаватель знает всех своих старост в лицо, в журнале напротив их фамилий стоят крестики. Негласно старостам выстав-ляется немного завышенный балл.
Но иногда в группах и коллективах попадаются те, кто абсолютно игнорируют коллек-тив. Их мало волнуют события, окружающие их, они не признают лидеров и правил. Оши-бочно может показаться, что эти бесстрашные воины собственных войн являются наиболее конфликтными. На самом деле, они просто противятся естественному желанию коллектива и лидеров затесать их в серую массу.
Гордееву всегда интересовала подобная расстановка приоритетов в группе. Поэтому она внимательно разглядывала входящих. Первым показался коренастый парень с самодо-вольным выражением лица. Он что-то громко говорил. По всем правилам, его должны были уже давно поставить на место товарищи. Но это не произошло – значит, это лидер. Гордеева быстро придумала ему прозвище, как делала всегда. Следом за ним вошло ещё двое ничем не примечательных студентов оживлённо о чем-то беседовавших. За ними показался парень с папкой и ранцем за плечами. Староста, решила Гордеева. Входящие следом не вызывали у неё отдельного интереса.
Неожиданно она почувствовала некоторую тяжесть в груди. Она почему-то посмотре-ла в сторону двери. Ей стало не по себе. В аудиторию не торопясь входил парень, одетый во всё черное. Его одежда была похожа на одежду какого-то тайного ордена. На пальце был перстень в виде пятиконечной звезды, пентаграммы. Входя, он снял капюшон и поклонился ей. Его взгляд был тяжел, другие студенты его сторонились. Гордеева отметила, что когда он отвел от неё свой взгляд, ей стало легче. Монах. Она начинала бояться его.
Между тем, он прошел к задним рядам и спокойно сел. Разговоры вокруг него смолк-ли. Она начала занятие с переклички, при этом она не сводила глаз со странного студента.
Институт – не армия и отзываются на свою фамилию все по-разному. Она вниматель-но прислушивалась к ответам. Заметив в списке фамилию «Тёмных», она уже догадывалась, кто на неё отзовётся, и ждала этого.
- Тёмных?.. – зал притих. Они тоже боялись.
- Это я. – Он отвечал спокойно и, что поразило её, безо всяких эмоций в голосе. Кроме того, он смотрел ей в глаза.
Ей понравился его голос. Он пугал и притягивал её одновременно – сильный, звучный, немного приглушенный. Таким голосом разговаривали вампиры в старинных книгах, поду-мала она.
На протяжении всей лекции он внимательно слушал её, отвечал на все вопросы уве-ренно и со знанием дела. Когда она закончилась, студенты начали выходить по одному из аудитории. Среди них были те, кто подходил к её столу задать какие-то вопросы, староста подошёл с журналом. Она выслушивала их и отвечала обстоятельно, но мысли её были не там. Ей самой хотелось задать один вопрос, интересовавший её больше всего, но она не решалась на это. В сущности, даже если бы она задала его, вряд ли кто-нибудь смог бы дать исчерпывающий ответ. Время от времени она находила его глазами в аудитории.
Он уже в конце лекции собрал свои вещи и просто сидел, смотря, даже изучая её. До-ждавшись, когда все, наконец, покинули аудиторию, он медленно направился к выходу. Гордеева собирала свои вещи. Неожиданно она выронила свою ручку. Монах, проходивший в это время мимо кафедры, поднял её и передал Гордеевой. При этом он посмотрел на неё. Привычное «Спасибо» осталось у неё в горле. Они только обменялись взглядами. Гордеева понимала, что это уже основательно перешло все границы отношений – между преподавате-лем и студентом, между ней и молодым парнем, но ничего не могла сделать. Этот загадочный студент стирал все грани её устоявшейся жизни, не замечая этого, либо презирая эти грани. Выходя из аудитории, он в последний раз остановился и, обернувшись, оставил на ней долгий взгляд. После этого он резко обернулся и, надев капюшон, покинул помещение.
Гордеева уже собрала все свои вещи в сумочку, но оставалась стоять на своём месте. Она была сбита с толку.
Она бессильно опустилась на стул, пытаясь разобраться во всём. Больше в этой ауди-тории занятий не должно было быть, поэтому она могла не покидать её до самого вечера.







© 1996-2010, СОЭКОН.